Но вместе с тем он резко выступал против деспотии, сурово осуждал тиранию Ивана Грозного. Русские историки после Карамзина рассматривали его исторические воззрения как устаревшие, а саму его «Историю» как утратившую научное значение, хотя на деле многие оценки Карамзиным ряда исторических событий долгое время были господствующими в русской историографии. Тем не менее «История» Карамзина в XIX в. оставалась наиболее читаемой в широкой публике.

Тома «Истории» Карамзина можно было встретить во многих домашних библиотеках. 20—30-е годы XIX в. отмечены становлением различных школ и направлений в исторической науке. Видными представителями дворянской историографии были профессора Московского университета М. П. Погодин и Петербургского — Н. Г. Устрялов.

Погодин, сын крепостного крестьянина, в молодости критиковавший исторические воззрения Карамзина, в 30-е годы стал одним из видных приверженцев теории «официальной народности». Основные его исторические труды содержатся в семитомном издании «Исследования, замечания и лекции о русской истории» (1846—1857 гг.). В духе «православия, самодержавия и народности» Погодин определял и роль исторической науки — «сделаться охранительницею и блюстительницею общественного спокойствия». И тем не менее нельзя отрицать и положительного значения его трудов по конкретным вопросам русской истории, особенно ее древнего периода, его вклада в издание документальных памятников.